«Люди живут сыто, но абсолютно бессмысленно»

«Люди живут сыто, но абсолютно бессмысленно»

Psychologies: Как возникла идея написать роман о жизни собаки? Поделитесь замыслом.

Дмитрий Лиханов: Собственно, вся история Бьянки — совсем не выдумка. Это история породистой лайки по имени Тайга, которую привезли в северную деревню и там оставили на попечение местных жителей. В этом и заключается, как мне кажется, главный замысел романа. Он именно о той породистости, особенности не только собачьей, но и в первую очередь человеческой натуры, которую можно с легкостью уничтожить, если поместить ее в чужеродную среду.

Так случилось и с Тайгой. У нее могло быть прекрасное будущее, однако все сложилось совсем не так, как задумывала природа. Дети ее выродились и погибли, да и саму ее застрелил собственный хозяин. Эту собаку и ее хозяев я знаю. Охочусь в этих краях почти 20 лет. История Тайги резанула меня по сердцу в свое время. Вот и решил ее увековечить.

Фрагмент из романа «Bianca» 

«Знаешь, Бьянка, — говорил Иван Сергеевич, — я ведь человек не молодой. Мне уже давно за пятьдесят. А жизнь все не складывается. Не клеится моя жизнь. Раньше казалось — все впереди. Все самое лучшее еще будет. Оглянулся, а жизнь-то пролетела. И ничего хорошего в ней так и не произошло. Ни семьи. Не жены. Ни детей. Ничего у меня нет. Да что там! Даже друзьями и то не обзавелся. Про работу не говорю. Двадцать лет на одном месте. Прежде, помню, все к чему-то стремился, чего-то искал, а теперь и этого не хочу. Скучно стало жить, Бьянка! Неинтересно! Невыносимо! Тошно стало жить у нас в стране. У всех мысли только про корм да про деньги, чтобы корм этот приобрести. За десять лет народ превратился в скот. В рабскую страну, где всякому дороже собственная шкура. Прав, прав мудрец Конфуций: для управления только и нужно, чтоб у народа был полный желудок и пустая голова. Говорил он, конечно, в оны века о китайцах, но, Господи, как все это созвучно с нынешней Россией.

Собака в ответ на безрадостный голос хозяина оборачивала к нему чуткую мордочку, ловила взгляд. Но тот упорно смотрел себе под ноги.

«Да и чем я от них отличаюсь? — спрашивал не пойми кого Иван Сергеевич. — Да ничем! Такая же тварь. Даже не сопротивляюсь. Обнаглевшую девчонку унять не могу. Вякнуть поперек не смею. А уж за тебя, зверушка, заступиться и подавно».

Глубинное и привычное ощущение неблагополучия, которое отличает некоторых ваших героев, свойственно ли вам самому? Вы видите в этом примету кризиса среднего возраста? Или ставите диагноз нашему обществу?

Возраст-то у меня уже давно выше среднего, и ощущение общественного неблагополучия, предчувствие какого-то приближающегося коллапса и в стране, и в мире вынуждает меня говорить об этом не только со страниц газет и журналов, но и доступным мне литературным способом. Россия, к сожалению, при всех рекламных и пропагандистских усилиях властей лучше ведь не становится. В последние годы страна стала еще озлобленнее на окружающий ее мир, еще более воровата, бедна, еще менее образованна и просвещена в самом широком смысле слова.

При этом полки магазинов завалены аппетитным силосом, который и едой-то назвать нельзя, поскольку он вреден для человеческого организма. Наша эрзац-экономика создает ощущение достатка и много лет дурит людей призрачным счастьем консьюмеризма. Не устаю цитировать моего любимого Лао-цзы, утверждавшего в пятом веке до нашей эры о том, что для управления народом необходимо, чтобы у него был полный желудок и пустое сердце. Точно то же самое происходит теперь и в нашей стране. Впрочем, и в мире ситуация не лучше. Люди живут сыто, довольно, спокойно, но абсолютно бессмысленно.

«Люди живут сыто, но абсолютно бессмысленно»

Ваши герои — и собака, и человек — сталкиваются с предательством. Кому его легче пережить, как вы думаете? Знакомо ли вам подобное испытание?

Не думаю, что человек переносит предательство легче собачьего. На то он все же пока и человек. Хотя собаки любят патриархально и христиански чисто без всяких задних мыслей или предубеждений. Человеку это, как правило, не всегда свойственно. Так могут любить только святые или глубоко верующие люди. Сам Христос заповедовал нам любить друг друга бескорыстно.

Но сердце, вера и душа человеческие слишком слабы, чтобы следовать этой заповеди в повседневной, мирской жизни. От того и многие наши беды проистекают. Может быть, Господь и создал собак, чтобы напоминать нам, грешным, о том, что бывает и другая любовь. Сам я, конечно, тоже переживал предательство. Да с сам предавал. Мы с моей женой предавали друг друга несколько лет до тех пор, пока не расстались. Возможно, оттого, что не было той самой безусловной любви между нами. И прощения в сердце, когда предательства эти вскрылись.

Фрагмент из романа «Bianca» 

«В последний раз вдохнул щенок терпкую сладость весны и наконец затих. Бьянка не сразу поняла, что он мертв. Ходила кругами, упрямо тормошила подняться, казалось даже, шептала что-то свое, человеческому уху недоступное, покуда наконец не почувствовала, как тепло утекает из тела ее малыша, надвигается холод, окоченение. Она подтолкнула щенка в последний раз, лапой. Подняла голову к небу и завыла. Выла она обреченно и надсадно, выплескивая в низкое небо и метущихся в небе щеглов всю боль и безбрежное одиночество, которое вдруг нахлынуло на ее сердце тяжелой, беспощадной волной, сжало его и не отпускало, покуда невидимые собачьи слезы катились из ее глаз, покуда раздирающий душу вой оглашал и хозяйский дом, и ближнюю пустошь, и дальний лес, в котором даже самая крохотная пичужка, даже царственный сохатый вдруг замерли и содрогнулись от этого животного стона, от этого вечного звука скорби, что вырывается из груди матери, потерявшей единственного сына. И будто услышало этот стон небо. Загустело асфальтовыми тучами. Озарилось всполохом молнии. Пролилось вдруг крупным, быстротечным дождем.

Так бывает всегда: от весеннего дождя земля исполняется вдруг забытой за зиму чистотой, дышит озоном, радостью, божественной силой — вновь и вновь утверждая вечную победу жизни над смертью».

Сцены рождения и смерти — это едва ли не ключевые в вашем романе. Эти моменты вас больше беспокоят или восхищают?

Рождение и смерть человека не зря называются таинствами, поскольку эти события в жизни каждого из нас, при всей цивилизационной развитости человечества, до сих пор остаются главными его тайнами. Я встречался со многими ведущими учеными, которые знают процесс зарождения жизни буквально до молекулярного уровня. Новые технологии позволяют редактировать геном, создавать яйцеклетки и сперматозоиды из омнипотентных стволовых клеток, проектируется искусственная матка, однако момент зарождения жизни никто спроектировать кроме Бога не может.

Точно так же как понять, что происходит в момент окончания человеческой жизни и во что трансформируются все пожизненные мысли и переживания человека. Честно сказать, мне бы хотелось, чтобы эти тайны человечества навсегда остались Божественной прерогативой и всякий раз заводили пытливый ум этого человечества в тупик, как заводили они величайших его представителей, таких как Ньютон или Эйнштейн.

Каковы ваши собственные рецепты справиться со страхом смерти?

Мне в свое время очень помогла Тибетская Книга мертвых, которая достаточно подробно объясняет все, что происходит с человеческой душой после кончины. Но и святоотеческая литература об этом говорит подробно. Советую прочесть «Мытарства души блаженной Феодоры» на эту же тему. Кстати сказать, у меня есть на эту тему неоконченный роман. Я начал писать его лет семь назад, после смерти близкого друга, да остановился на полпути. Роман этот о любви после смерти. И называется: Amorte, соединяя в себе два слова Amor и Morte — смерть и любовь. Надеюсь, когда-нибудь его закончить.

Фрагмент из романа «Bianca» 

«Последних минут жизни — собачьей ли, человечьей — не разгадать и не осмыслить живущим. Оторопь ли перед неизведанной, иной жизнью, ужас или облегчение испытывает всякая тварь Господня, очутившись на пороге непроницаемого, невозвратного? И отчего же тогда, перешагнув черту, испытывает легкость, состояние благодати, неведомой прежде эйфории, а земные радости, пусть и самые яркие, кажутся чем-то незначительным, ничтожным. Настолько ничтожным, что к прошлой жизни и возвращаться не хочется. Особенно душам непорочным, юным. Хочется верить, что им уготована вселенская вечность. И вселенская радость.

Если бы Бьянка была человеком, она бы, возможно, думала примерно так, однако она была всего лишь лайкой. Все ее существо переполняла любовь к тем, кого она однажды произвела на свет — и потеряла.

Горькое это утро выдалось солнечным, прозрачным. Падал осенний лист, и в падении этом тоже была печаль расставания, смерти. Но по-весеннему звонко щебетали лесные птахи, нити паутины невесомо парили над сухим жнивьем, сквозь которое во всей своей безбрежности растекалась бескрайняя голубая атмосфера. Красота мироздания рождала горькое и одновременно светлое предчувствие: жизнь продолжится, даже если мы этот мир покинем. Он останется прежним, невыразимо прекрасным, а мы, возможно, обретем другой мир — лучший».

Дмитрий Лиханов

Об авторе

Дмитрий Лиханов — журналист и прозаик, был спецкором журнала «Огонек» (1985-1989) и обозревателем газеты «Совершенно секретно» (1989-1994), автор нескольких повестей и сборников рассказов, лауреат премии в области экстремальной журналистики (2012) и премии «Золотая полка российской журналистики» Союза журналистов России (2015). Его новый роман «Bianca» вышел в издательстве «Эксмо» в сентябре 2018 года.

Читайте также

psychologies.ru

Читайте также:

Добавить комментарий