Как и за что русские женщины продавали свою любовь и тело

Откуда на Руси среди целомудренных крестьянок появлялись падшие женщины

Мораль и нравственность в старину были более ценным «товаром», чем сегодня. При этом на селе женщины вели себя гораздо скромнее, чем в городе. Однако и в те времена не обходилось без «падших женщин». Иногда ими становились по глупости совсем юные и наивные девушки, иногда женщины превращались в распутниц вполне осознанно – по самым разным причинам. И далеко не всегда их осуждали.

Ранний брак

Василий Максимов, «Сборы на гулянье», 1869 год
Василий Максимов, «Сборы на гулянье», 1869 год

Если девушку на селе в 14-15 лет выдавали замуж, а через некоторое время ее мужа забирали в солдаты, — это означало, что на долгие годы юной женщине придется остаться без мужской ласки. Одиночество и тоска двигали теми солдатками и молодыми вдовами, которые, помучившись и погоревав, принимали решение «пуститься во все тяжкие».

Молодых крестьянок-солдаток, «блудивших» в деревнях с чужими мужьями или вдовцами, народ отчасти оправдывал. В некоторых губерниях, если складывалась такая ситуация, виноватым считали мужчину: не надо было жениться до солдатчины. Еще дальше пошли в своем понимании жители Воронежской губернии: если женщина, пока муж служил солдатом, приживала на стороне ребеночка, то он считался законным, с такими же правами, как дети, рожденные от супруга.

Вплоть до конца XIX века во многих селах бытовала традиция «просватывать» 12-13 летних девочек за таких же юных мальчиков. Если запланированный брак в течение пары лет не расстраивался по воле родителей, – уже через год-два молодежь начинала сожительствовать. Иногда до брака так и не доходило. Нового жениха после этого найти было сложно, особенно при отсутствии завидного приданого.

Мужское бессилие

Нередко причиной превращения порядочной женщины в гулящую становилась импотенция мужа. В таких случаях народ тоже оправдывал женщину: мол, к чему ей мучиться рядом с бессильным, ведь такой мужик ни пожалеть, ни приласкать толком не может. Ну, может, и не очень оправдывал, но все-таки измена в таких случаях не считалась таким уж тяжким прегрешением.

Как отмечала писательница Ольга Семенова-Тян-Шанская, дочь знаменитого географа и путешественника, много лет изучавшая быт и жизнь в русских деревнях, одного любовника общественная мораль обычно прощала – а вот если их было несколько, женщина уже считалась «распутевой».

Работа на помещика

Так называемый «отхожий промысел» подразумевал, что молодые крестьянки, начиная с ранней весны, уходили из родного села работать в помещичьи усадьбы. Крепостные девки становились забавой для всесильного помещика, нередко он держал целый гарем для собственных утех. Такой же разврат был распространен и среди челяди — лакеи, кучера, другая обслуга, «приближенная» к хозяину, брала с него пример и тоже многое позволяла себе. В архивах сохранилось множество таких свидетельств. Иногда девушек принуждали к сожительству, а иногда они и сами не могли устоять перед чарами обходительного франта.

Алексей Венецианов, «Портрет крестьянской девушки с серпом во ржи», 1810-1820 гг
Алексей Венецианов, «Портрет крестьянской девушки с серпом во ржи», 1810-1820 гг

Жажда заработка

Ученый Илья Конкарович, серьезно исследовавший проблему проституции на Руси в XIX веке, писал, что многие крестьянки подавались в город за заработком, когда на селе становилось очень уж тяжко. А самым легким заработком являлась проституция. Сначала 40 %, а потом и 70 % всех падших женщин Петербурга в то время прибыли из деревень.

Некоторые прибывали в город с самыми благопристойными намерениями, поступали на фабрику или становились горничными, но через некоторое время их увлекал более легкий и обширный заработок, возможность завести поклонников и получать от них подарки.

А бывало и так, что деревенские родители продавали своих дочерей путешествующим коробейникам и торговцам, а те, наигравшись юной девушкой, попросту бросали ее где-нибудь на улице. И той не оставалось ничего другого, как «пойти по рукам». Порой такая «падшая женщина» своим заработком на панели содержала всю многочисленную деревенскую родню.

Практичность и экономия

Борис Кустодиев, «Ярмарка», 1906 год
Борис Кустодиев, «Ярмарка», 1906 год

Русские деревенские бабы часто смотрели на жизнь очень уж практично и рационально. Так, некоторые из них, отправляясь на ярмарку, чтобы продать урожай, не отказывались от возможности дополнительного «заработка», приторговывая телом. Иногда крестьянки в поисках выгодного клиента сами отправлялись на его поиски — в ближайший трактир, например. Местом утех становился окрестный лес.

По некоторым свидетельствам, в Вологодской губернии, например, в дни ярмарок окружающие город и поселки лес был буквально наводнен парочками. О «простых» нравах деревенских молодух писал, в частности, русский публицист Александр Энгельгардт.

Та же Семенова-Тян-Шанская в своей книге «Жизнь Ивана», вышедшей в начале ХХ века, рассказывала историю женщины, «прижившей себе» сына «всего-то за пустяк, за 10 яблоков». «Профессионального» разврата в деревнях не существовало – но многих женщин очень легко было купить за небольшие деньги или подарок.

Приказ мужа

Известный публицист Серафим Шашков писал, что в некоторых северных губерниях был такой обычай: хозяин, сдававший приезжим избу или угол, предлагал квартирантам в качестве дополнительной услуги собственную жену, невестку или дочь. Таким образом, плата за постой значительно увеличивалась. Сохранились описания поразительных и шокирующих фактов. Например, в Орловской губернии, отправляя женщин в лавку за табаком или хлебом, некоторые экономные или просто жадные и циничные мужья велели им расплачиваться не деньгами, а собственным телом.

Справедливости ради стоит добавить, что целомудрие и порядочность все же ценились в русских деревнях очень высоко, а случаи «грехопадения» женщин были достаточно редкими.

teleprogramma.pro

Читайте также: